Подростки XXI века

Подписаться на RSS

Популярные теги Все теги

А В МЫСЛЯХ – МЫ ЕЩЁ В «АРТЕКЕ»

Воспеть оливковое дерево


Кирилл Койнов,

г. Верхняя Салда



С 19 ноября по 8 октября я ездил в Международный детский лагерь «Артек». Это была уникальная поездка. Я попал в первый отряд. В Артеке все ребята занимались своим любимым делом – журналистикой. Каждый отряд делал свою отрядную визитку: текстовую (её представляли в виде стенгазет) и музыкальную  (там все ребята отряда участвуют на костровой площади в музыкальном состязании). Каждый в отряде ходил на профильное занятие, то есть мастер-класс по тексту, по фото, по социологии и т.д. Также нас возили на экскурсии.


Ещё мне очень запомнился сбор оливок.



В солнечный октябрьский день, когда везде ещё чувствуется дыхание осени и в горах совсем скоро выпадет снег, артековцы празднуют международный День сбора оливок. Именно в октябре по всему миру урожай оливок полностью собирается, обрабатывается. А в некоторых уголках, таких, как Оливковая роща «Артека», плоды этого дерева ещё и воспеваются – в стихах в прозе, в рисунках.


На праздник в лагерь «Морской», в свою Оливковую рощу,  мы пригласили соседей   –    ребята из «Полевого» лагеря. После окончания праздника наши гости унесли с собой море позитивных эмоций, новые знакомства, вкус приготовленных оливок   и… свеженарисованные «недошедевры».


Сончас под названием «Абсолют» тоже запомнился... И вечерний отбой! Каждый раз перед отбоем все отряды проводили отрядный круг, делились впечатлениями и рассказывали, кому что понравилось за день.


Отряды делились на «медиа», «геологический», «передвижная телевизионная станция» и «артистический». Каждый отряд участвовал в пресс-конференциях, пресс-подходах к разным известным людям…  К концу смены наш отряд сделал два выпуска газеты для всего лагеря. В «Артеке» за 21 день я успел многому научиться.

 


Кто-то искал счастье, а кто-то камни…


Азалия Азнабаева,

г. Гай


Геология учит нас смотреть открытыми глазами на окружающую природу

и понимать историю её развития.

Владимир Обручев



Как много вам известно о геологах? Что это за специалисты? Какими качествами должен обладать представитель данной профессии? Чем он занимается? Можно ли отнести эту профессию к разряду романтических? Попытаемся найти ответы на эти вопросы вместе с юными геологами, участвовавшими в уникальной артековской смене «ГЕОМЕДИААРТЕК-2017», объединившей два партнёрских проекта   – «ГЕОАРТЕК» и «Международный юношеский медиафорум «Артек».  


Если дать краткое определение геологической профессии,  то оно будет звучать так: геолог   –  это специалист, занимающийся разведкой и последующей оценкой месторождений полезных ископаемых. У многих эта профессия ассоциируется со свободой, романтическими путешествиями. Не нужно забывать и того,   что обычно геологи работают в непривлекательных климатических условиях. Геолог – это человек, который физически сильный и выносливый. Ему приходится жить в палатке, а пищу для себя готовить на костре. Эти люди проходят пешком расстояния в сотни километров, переплывают бурные реки, карабкаются по утёсам с увесистыми рюкзаками на спинах. Самое главное для настоящего геолога – это дружная команда, верные друзья и взаимовыручка.

 

О профессии геолога мы разговариваем со Степаном Вдовиченко, участником смены «ГЕОМЕДИААРТЕК-2017».



–  Что для тебя геология?


– Геология – профессия увлекательная. Геологи исследуют наш дом, а в последнее время это не только планета Земля, но и другие объекты во Вселенной. Геология связана со всеми науками, и мы должны в них разбираться. А вообще, геология – не столько профессия, сколько стиль, образ жизни. Это путешествия, исследования, увлекательные отчёты… Это друзья, товарищи, коллеги… Это костёр, палатка, кабинет, молоток, пробирка и многое-многое другое.  


Среди примет профессии Степан назвал геологический молоток.  Благодаря этому  инструменту возник в оренбургских степях и мой родной город – Гай. Профессия геолога была тогда, в далекие пятидесятые, ведущей. Благодаря ей в степях Восточного Оренбуржья открыли огромные запасы медной руды.


Не менее актуальна эта профессия и сейчас. Геологов по-прежнему можно назвать первопроходцами, которые расширяют наши представления о мире, о Вселенной.

 

«И просто прикольный мальчик!..»

Юрий Шинкаренко


Талантливые дети – как… английские газоны. Они растут и стремятся к успеху сами, только каждый день их чуть-чуть стригут, чуть-чуть поливают, чуть-чуть приводят в порядок. И так много лет. Тогда они радуют своим молодым, искрящимся, как утреннее солнце, талантом себя, друзей, родителей и – если понадобится – огромную зрительскую аудиторию.

 

 

Мы начинаем рассказ о Тимоти Санникове, талантливом парне из Израиля, с которым познакомились в «Артеке», и о его «садовниках» – сестре, маме, бабушке, о его семье.    

 

 Тимоти на Мальте


 – Как тебя лучше представить? Певец, танцор?  


Тимоти начинает открывать какой-то файл в телефоне.


– Сейчас… я вам… все… расскажу… – возится с телефоном. – Сейчас… Вот!  «Тимоти Санников – певец, актер, музыкант, танцор, участник телевизионных проектов «Голос. Дети» в России и в Украине, финалист конкурса вокалистов «Детская «Новая волна» 2015  года», финалист от Израиля на конкурсе детское «Евровидение»… – Тимоти отводит взгляд от экрана айфона и с широченной улыбкой добавляет: –… и просто прикольный мальчик!

 

– Так, прикольный мальчик, какая строка из этого длинного перечисления тебе дороже всего?  


– Детское «Евровидение», я думаю. Там я получил... новый опыт с наушниками (улыбается). Когда мы работали – не было мониторов, просто это было бы некрасиво. Мы работали с наушниками – и это оказалось очень удобно. Сейчас, я надеюсь,  мы купим наушники, и я буду с ними выступать на повседневных концертах.


– А что это даёт? 


– Ты слышишь только музыку или только свой голос, в зависимости от наушников. В лучшем качестве! Потому что от мониторов ты ещё слышишь зал… Когда в зале кто-то чихает, то это неприятно слышать. А наушники – это прямой звук,  только музыка и ты.

 

 

Тимоти в «Артеке», репетиция

 

– Чем еще «Евровидение» тебя удивило? 


– Там все ребята творческие! И они разговаривают на том языке, на котором я люблю разговаривать. О музыке! Все песни, которые я люблю, – они тоже любят. Первый раз в среду попал, где все дети – как я! Было очень здорово, когда всё – то же самое! Там были участники из 17 стран, 23 участника.


– С кем ты подружился больше?  


– Был мальчик, мы с ним еще с «Новой волны» дружили. Саша Минёнок, он из Беларуси. Были девочки с Украины – мы с ними хорошо подружились. Из России. Из Армении. Вот.


– В свободное время какая культурная программа там была?  


– У нас не было свободного времени, мы всё время репетировали, примерялись к обстановке. У нас какие-то интервью брали. Иногда нас водили в разные исторические места по Мальте. Это было на Мальте, кстати.

– Ты первый раз был на Мальте? 


– Да, первый раз. Наш зал, где мы выступали, сам по себе являлся историческим местом. Это древний оперный театр – просто самый большой зал на Мальте. Он под землей находится. Там, чтобы соответствовать  «Евровидению», сняли старую сцену, реконструировали всё – сцену, места для зрителей заново оборудовали.


– Что ты исполнял? 


– Песню Follow My Heart («Следуй своему сердцу!»). Я пел в дуэте с девочкой Широй Фриман. Эту песню написали специально для нас. В песне поется о том, что не надо слушать никого, слушай только свое сердце – и иди по этому пути.


– Этот совет («Следуй своему сердцу!») к тебе применим? 


– Да. У меня в повседневной жизни, в принципе, так! Я слушаю режиссера. Когда нужно! Он больше видит со стороны.  А иногда, когда  говорят: «Фу, ты плохо поешь!» и подобные вещи, – я просто никого не слушаю. Потому что кому-то нравится, кому-то не нравится. Для тех, кому не нравится, я не пою и не играю. Я не танцую для тех, кто это не любит... Да, есть такие певцы, которым уже не очень нравится выступать, но я не из их числа. Мне нравится! Я готов это делать всегда. Я, конечно, не очень люблю репетировать, потому что повторение-повторение-повторение… Если даже репетирую – люблю делать это напротив кого-то, а не сам. Тогда есть реакция из зала. Нравится, когда отвечают. Тогда есть такой, как мне говорили на «Новой волне», «пинг-понг». Ты отдаешь зрителю эмоции, а зритель отдает их тебе обратно. Ты – сильнее, и он сильнее, ты – ещё сильнее, и он – ещё сильнее. И получается в конце – ты вообще на надрыве: АУААА!!!... (смеется).

 

Концерт в «Артеке»

 

  «Билли Эллиот»  


– Расскажи поподробнее про мюзикл «Билли Эллиот». Как ты попал туда? Что это за спектакль и какая там у тебя роль?  


– Это история о мальчике, одержимом мечтой стать танцором. В мюзикл я попал совершенно случайно. Меня где-то нашли (где, – до сих пор не рассказали) и позвонили, пригласили на аудишн. И там сказали: «Это балет!». О’кей! Я пошёл на балет, я ещё не знал, что это. Ну, пошёл. Подумал, ну, минимум в балетную школу попаду. Вижу: все с камерами, всё так серьезно, «Балет-балет!»… А я не такой балерун, скажем так. Я танцую, но в другом стиле. Потом оказалось, что меня не только в балет пробуют, но и на главную роль. Потом мне сказали: «Ты, в принципе, подходишь, но… Давай попробуем ещё на одну роль – на роль Майкла, лучшего друга Билли!». Я пошёл на вторую роль, и меня приняли! Теперь я играю в спектакле одну из главных ролей. И я там танцую, правда, не балет, а степ.


Что за характер у твоего героя? 


– Это очень позитивный человек. Он всё время позитивный. Даже в самом конце, когда Билли уезжает из своего маленького городка в Лондон, в школу балета, и мы прощаемся с ним… Даже в этот момент, когда все расстроены и грустны, выбегает Майкл и кричит своему другу: «Балерина! Иди сюда!». Билли отвечает мне: «Пока, Майкл! Мы ещё увидимся!». Я отвечаю: «Конечно! Мы ещё точно увидимся!». И в этот момент, на каждом выступлении – мурашки по коже… Ведь все понимают, что друзья вряд ли ещё увидятся. Но бодрятся! На всех выступлениях я перед выходом на сцену все время плачу, потому что понимаю: вижу своего друга в последний раз. А в последний раз, во время последнего выступления Билли сам заплакал – конкретно! И я тоже не сдержался. Только успел сказать ему: «Да, мы ещё увидимся!» – и прямо зарыдал. Раньше времени!


А в жизни приходится плакать?  


– Приходится. Ну, это понятно, это свойство человека – плакать. Там разные вещи бывают. Иногда больно. Иногда что-то неприятное случилось. Иногда что-то с родственниками… Ну, бывают разные вещи!

 

 После концерта. С друзьями-«артековцами»  

 

  «Два человека в одном!»  


– Ты на скольких языках говоришь? 


– Я разговариваю на пяти языках, пою на восьми. Лучше всего разговариваю на русском и на иврите, говорю ещё на английском, французском и испанском. Испанский и французский я только начал учить. Но французским уже владею, а испанский мне тяжело даётся. Но все равно… даётся! Я понимаю, скажем так.


– Понимаю так, что ты наиболее погружен в две культуры – русскую и еврейскую? 


­– Да.


– Можешь их сравнить? Что общего, чем различаются?  


– Общее – встречи. И там, и там любят собираться всей семьей. В отличие от стран, где собираются отдельно только мальчики или только девочки, или вообще не собираются. А тут мы все праздники собираемся всей семьей. Русскую и еврейскую культуры роднят танцы: нет, не в том плане, что они похожи (они не похожи!), но их все знают: это русский танец, это еврейские танец. Даже в арабских странах знают: вот это еврейский танец, в Израиле танцуют.


– В Бат-Яме, в городе, где ты живешь, что интересного? Какие достопримечательности? 


– У нас достопримечательность – это наша набережная. Наш город курортный. На море можно сходить. Эта часть – набережная – самая красивая. И это наша достопримечательность. Название города – Бат-Ям – переводится как «дочь моря». А дочка моря – это русалочка.


– Где у вас подростки собираются обычно?  


– На нашей набережной. Наша набережная – это ого-го!..  Где-то еще гуляем по городу,   общаемся. С мальчиками иногда собираемся поиграть в футбол. Играем на улице, потому что у нас практически всегда жарко. Играть легко и приятно, потому что не надо в куртке бегать. Можно в майке и  шортах.


– Ты исполняешь степ и, получается, включен в молодежную культуру?  


– Степ, если честно,  сегодня не очень популярный танец, хотя я не понимаю, почему. Да, наверное, это от того, что он связан с джазом, а джаз – не массовая музыка. Но если степом серьезно заниматься – это становится интересным. Правда! Это разные степовские комбинации!.. Интересно! Просто надо попробовать – два-три урока! – чтобы понять, что это! А потом, когда начнешь танцевать более тяжелые комбинации – это станет совсем интересно! Каждое движение в степе по-своему называется. А когда их объединяешь вместе – это и есть комбинация. Такой мини-танец!


– Что ты ощущаешь, когда начинаешь танцевать? Что происходит с тобой в этот момент?  


– Степ – для меня еще не очень привычная среда, я еще не очень профессионально им владею. Но хочу быть на высоте. Я то, что делаю, – делаю хорошо. А если не хорошо – то вообще не делаю. Так что степ надо довести до хорошей степени. А пока я… (подбирает слово) утруждаюсь им заниматься и получать какое-то удовольствие.  Я пока напряжен, чтобы это сделать. Но когда я танцую то, что уже знаю, что хорошо отработал – это классно!  И тогда у зрителей восторг: «Как ты это делаешь? А, круто!». Я степ начал учить для мюзикла, это где-то два с половиной года назад.  Но мы там учили какой-то определенный танец, мы не учили степ. А сейчас я занимаюсь в Школе танца, там и степ, и хип-хоп. Я именно степом там занимаюсь – где-то уже полгода. Это не так много. Но поскольку у меня были отдельные занятия и до Школы танца, то получается все хорошо. А еще у меня неплохая координация – и я быстро схватываю танцевальные движения.


– Скажи, а в современной молодёжной культуре какие направления тебе симпатичны?  


– В танце? Сейчас хип-хоп – это самое известное, это передний край. Какие песни сейчас и слушают, так это хип-хоп. Влияют немножко, конечно, и другие стили, как в хитах лета-2017. Но все равно в основе легкая мелодия, всякие ди-джеевские вещи очень популярны. И я стараюсь в песнях своих этого придерживаться…


– А к рэпу как ты относишься? Что-то слушаешь сам?   


– Да! Потому что сейчас это одна из частей хип-хопа. Подростки любят повторять речитатив, часто – прямо с рэпером вместе, чтобы показать: «И я так умею!». И это очень нравится подросткам. Поэтому в песнях, которые я пишу, есть и куски рэпа. Я просто знаю, что моим сверстникам это понравится. Как один из подростков я это говорю!


– А какая собственная песня тебе кажется самой удачной?  


– Я их еще не выпускал. И до конца доделал только одну. Есть еще две… но они только (подыскивает слово) в этапах.


– На разных стадиях готовности?  


­– Да. Все они на иврите. Есть «Мама»… Я хочу ее перевести обратно – то есть не обратно, а на русский. Но пока что все на иврите. А вторая – «Два типа в одном»…  Это про меня, это я как бы два типа в одном.


– Два человека в одном?  


– Да! Потому что я разный, но все равно я один.

 

 Тимоти в Херсонесе

 

­– А расскажи, если не секрет, про этих двух типов?  


– Ну, я израильтянин и русский. Но я один! Я люблю балет, но в то же время занимаюсь хип-хопом. Я играю в баскетбол и играю в футбол – это совсем разные вещи! Я Арлекин, но могу быть и Пьеро. Два типа в одном!


– Тебе это помогает?  


– Да. Тут лучше быть таким, а тут – таким! Я все время такой, по жизни!  Тут в «Артеке», например, у меня уже не спрашивают: «Ты это можешь?». Просто говорят: «Ты это можешь!». Будто знают, что кто-то из «двух типов в одном» с этим справится! – смеется Тимоти. – А еще, похоже, они знают, что мама меня с самого детства учила всему. Она мне все направление давала – и я то что хотел, то и делал. И теперь у меня много чего есть – и много знаний и много опыта.


– Это хорошо, что ты осознаешь, что во многом твои успехи – это заслуга мамы.

 

– Да, мама – это все! Спасибо маме за все. Возможно, без мамы и этого интервью не было…

 


ПРОДОЛЖАЕТСЯ ПРОДАЖА КНИГИ:

Юрий Шинкаренко НА ДНЕ СЫРОЕЖКИ ЛОМАЮТСЯ.